О работе завода, долгах и подготовке к приватизации — глава ОПЗ

Без рубрики

О работе Одесского припортового завода, его перспективах и подготовке к приватизации, а также о долгах, махинациях старого руководства и угрозе ареста счетов компании Цензор.НЕТ пообщался с исполняющим обязанности директора ОПЗ Николаем Синицей.

-Вы возглавили ОПЗ в феврале 2020 года, когда завод уже начал работу после долгого простоя. Как сегодня работает предприятие?

-Да, Вы правы, к моменту, когда новое руководство начало исполнять свои обязанности, ОПЗ постепенно начал выбираться из кризисного состояния. Завод возобновил свою работу в августе 2019 года, после 16-месячного простоя, и по состоянию на сегодняшний день произвел более 550 тыс. тонн карбамида и более 50 тыс. тонн аммиака. Завод смог возобновить экспорт, 95% продукции отправляется в страны Европы, Северной Америки, Азии и Африки. Главное — удалось воссоздать рабочие места и остановить отток инженеров-химиков, которые востребованы в разных странах — от России и Беларуси до Алжира.

-Этот результат отражается в финансовых показателях?

-Согласно финансовой отчетности, в 2019 году ОПЗ получил 3 млн грн прибыли. Но когда мы начали работу на предприятии, было решено провести проверку бухгалтерии предыдущей администрации. И тогда стало ясно, что старое руководство ОПЗ искусственно завышало показатели. Из-за манипуляций создавалось впечатление, что завод получил годовую прибыль в 3 млн грн, хотя на самом деле был убыток в 70 млн грн. Мы пересматриваем эти показатели, потому что не хотим создавать видимость эффективности, наша цель – реальные улучшения.

Тем не менее, за счет возобновления работы завода в 2019 года в бюджеты всех уровней и государственные целевые фонды более 260 млн грн налогов и сборов. Это лучший результат с 2016 года, когда размер поступлений в пользу государства составлял 500 млн. Дебиторская задолженность при этом сократилась на 31,5% (до 492,7 млн грн). Объем производства в 2019 году по сравнению с 2018 вырос на 63,5% (до 354,5 тыс тонн).

-У завода накопились огромные долги за предыдущие годы. Как вы планируете рассчитываться с кредиторами?

-Я не могу отвечать за работу прошлого менеджмента, но в период 2015-2019 годов задолженность завода увеличилась с 2,9 млрд грн до 10,3 млрд грн. Ситуация действительно непростая, есть две большие задолженности. Крупнейший кредитор – холдинг Ostchem, долг перед которым зафиксирован в долларах и составляет $250 млн. Только за счет увеличения курса, его сумма фактически выросла на 900 млн грн в национальной валюте. Вторая крупная задолженность у ОПЗ перед НАК «Нафтогаз» — около $100 млн.

Если не учитывать эти долги, то финансовая ситуация стабильная. По итогам первого квартала 20-го года прибыль составила бы 27 млн гривен. Сейчас мы вместе с Фондом государственного имущества Украины работаем над выработкой эффективной модели погашения долгов. И самый действенный способ — не допускать простоя завода. Долговая проблема завода решается, было положено начало закрытию долгов перед НАК «Нафтогаз Украины». Когда в августе 2019 года ОПЗ возобновил работу, был подписан толлинговый договор (договор о переработке давальческого сырья, — ред.), по которому к цене тонны переработки карбамида и аммиака давалец добавил $1,5 и $1 соответственно. За счет этого аккумулируются финансовые ресурсы для погашения долгов перед «Нафтогазом». Мы продолжаем работать по этой формуле, уже выплачено более 20 млн грн.

-Вы упомянули толлинговый договор, по которому завод получает сырье для переработки. Можете объяснить, как работает подобное соглашение и почему была выбрана именно такая модель?

-Выбор такой модели работы обусловлен несколькими причинами. Во-первых, при такой модели нивелированы риски ареста продукции по искам кредиторов, поскольку право собственности на нее принадлежит поставщику давальческого сырья. У завода нет достаточного количества оборотных средств, необходимо около 1 млрд гривен, чтобы покупать газ самостоятельно, исключая механизм договор на поставку давальческого сырья, но все они могут быть арестованы. ОПЗ перегружен просроченной кредитной задолженностью (примечание редакции: долги перед «Нафтогазом Украины» и структурами Дмитрия Фирташа за ранее поставленный газ), поэтому давальческая модель работы позволяет поддерживать завод в относительно работоспособном состоянии, предотвращая его уничтожение. Покупать газ самостоятельно — это высокие и экономически необоснованные риски. Сейчас у ОПЗ нет защищенных активов, которые бы не подлежали аресту за долги. Арест продукции завода, например, по искам структур Дмитрия Фирташа был бы худшим вариантом, как для завода, так и для государства в целом. Продолжалось бы вымывание ресурсов госпредприятий в пользу олигархических групп со всеми вытекающими политическими последствиями.

Во-вторых, давальческая модель работы позволяет минимизировать коррупционные риски при осуществлении заводом трейдинговых операций. Поскольку, как я только что говорил, при давальческой модели работы право собственности на произведенную продукцию принадлежит поставщику газа, невозможна ситуация, когда продукция продается посредникам ниже себестоимости (а затем посредник перепродает ее конечному потребителю), что означает убытки для завода. При давальческой модели работы также невозможны махинации, связанные с закупками заводом газа по завышенным ценам.

-Что стало причиной отмены конкурса на отбор давальца, в котором победила компания «Укрнефтебурение»?

-Старым руководством ОПЗ был допущен ряд ошибок при разработке технического задания к требованиям к потенциальному партнеру. Старый состав Наблюдательного совета утвердил требования, в которых не было предусмотрено подачи документов, подтверждающих опыт работы на рынках закупок и поставок больших объемов сырья, предоставление финансовой отчётности, бизнес-плана, данных о ликвидности работы и гарантий исполнения договоров. Не был предусмотрен и определен четкий перечень документов, обязательных к предоставлению в течение 5 дней вместе с экономической моделью работы для подтверждения рентабельности при заявленной цене, которая была выше максимально большой.

Компания «Укрнефтебурение» отказалась предоставить запрашиваемую информацию в ответ на запрос нового руководства ОПЗ. Запрос был отправлен 5 марта. Мы получили отказ, несмотря на то, что, вступая в договорные отношения, ОПЗ берет на себя гарантии нераспространения конфиденциальной информации. Этот запрос был отправлен после того, как экономическая служба ОПЗ 4 марта обозначила максимально высокую цену за переработку давальческого сырья в 1 тонну карбамида в размере $65. Фонд государственного имущества рассмотрел обращение руководства ОПЗ и пришел к выводу, что поданное УНБ ценовое предложение создает потенциальные риски в работе компании, с учетом предложенной цены в $77.

Поэтому нужно было или отменять конкурс, или ставить завод под угрозу остановки.

10 марта 2020 года Наблюдательный совет ОПЗ отменил конкурс на отбор давальца, чтобы обезопасить предприятие.

-Такая ситуация может повториться снова?

-В марте Наблюдательный совет ОПЗ принял решение о смене четырех членов Наблюдательного совета предприятия. Теперь новое руководство ОПЗ начало подготовку к новому конкурсу, с четко прописанным техническим заданием и критериями отбора давальца. Документация будет дорабатываться с учетом гарантий защиты.

-Вы уже не раз упомянули прошлое руководство завода. Речь идет о Николае Щурикове, верно?

-Да, Николай Щуриков и заместитель главы Наблюдательного совета Перелома. Во время исполнения ими обязанностей завод нарастил небывалые долги перед НАК «Нафтогаз». В 2018 завод остановился. При поддержке Щурикова был подписан контракт на давальческую сырьевую переработку. Из-за невыполнения договорных условий со стороны партнера, работа завода полностью остановилась 30 апреля 2018 года. Против Щурикова возбуждено уголовное производство за совершение криминального правонарушения по ч.5 ст 191 УК (» присвоение, растрата имущества или завладение им путем злоупотребления служебным положением, совершенное в особо крупных размерах или организованной группой», — ред.).

-Как при вас изменилась работа завода, он может остановиться снова?

-Остановка завода была бы катастрофой, заново запускать такие предприятия сложно и дорого, а люди потеряли бы работу. Подобный сценарий стал бы особенно болезненным в период экономического кризиса, начавшегося под воздействием эпидемии коронавируса и закрытых границ. Когда завод останавливался в прошлый раз, тысячи людей, вместе с их семьями, фактически утратили средства к существованию. Наша важнейшая задача — сохранить рабочие места.

В марте, после экстренной отмены результатов конкурса по выбору давальца, мы приняли решение до конца июня продлить контракт с действующим поставщиком давальческого сырья. При этом действующим давальцем была увеличена плата за переработку сырья, что позволит направить дополнительные средства на модернизацию предприятия и социальные программы.  На фоне кризиса в стране на ОПЗ с 1 апреля были на 10% повышены заработные платы.

От нас больше не уходят сотрудники, напротив, ОПЗ превратился в конкурентного работодателя, и люди это почувствовали. Ощутимый рост зарплат, стабильная работа компании и другие улучшения запустили процесс возврата специалистов к работе на предприятии. C момента восстановления работы завода проводились плановые ремонты оборудования и проведен ряд модернизационных работ, направленных на снижение энергоемкости предприятия. В скором времени, после завершения ремонтных работ, будет запущена вторая колонна по производству аммиака. Финансовая ситуация на ОПЗ также стабилизировалась. Если не учитывать долги компании, накопленные за прошлые годы, по итогам первого квартала 20-го года прибыль составила бы 27 млн гривен.

-Если ОПЗ продолжает работу, значит сроки приватизации не будут сдвинуты?

-Сложившаяся ситуация вокруг отбора давальца не только не переносит сроки приватизации, но и закладывает основу для приватизации завода по рыночной конкурентной цене. Фонд государственного имущества Украины ведет подготовку к приватизации ОПЗ. Обеспечена работа советника по приватизации в лице американской компании Pericles Group Advisory. Я полностью разделяю стремления нашего правительства и Президента к передаче завода к новому, ответственному собственнику, который будет определен после проведения соответствующего аукциона. Приватизация позволит не только привлечь в Украину инвестиции, но и даст ОПЗ задел для долгосрочного развития.

Приобретение предприятия у государства – это только часть вложений инвестора. В будущем средства направляются на модернизацию, обновление оборудования, что позволяет повысить качество и эффективность работы. А развитие компании, в свою очередь, гарантирует постоянное наполнение государственного бюджета за счет налоговых отчислений.

-Вы подчеркивали, что сохранение рабочих мест – приоритетная задача. Если завод приватизируют, сотрудников не уволят?

-Все учитывается в инвестиционном договоре между государством и будущим победителем приватизационного конкурса. У государства имеются оговоренные законодательством рычаги влияния на недобросовестного покупателя, который не выполняет свои обязательства. Потому, с этой точки зрения, мы гарантируем сохранность рабочих мест. Кроме того, нужно учитывать, что на ОПЗ работают высококвалифицированные специалисты, которые в том числе востребованы за рубежом, никакой здравомыслящий собственник не захочет терять этот ресурс.

Использование материалов разрешается только при условии наличия прямой ссылки на адрес материала на сайте www.yuzhny.info.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram и наш аккаунт в Instagram - будьте всегда в курсе наших новостей

Интересные публикации по этой теме:

Добавить комментарий

Не пишите глупости, пожалуйста.